Восстановление жевательной эффективности зубочелюстной системы

«Жевание представляет собой жизненно важную функцию обработки и проглатывания пищи и является условием ее переваривания» [5]. Эффективность работы зубочелюстной системы зависит от состояния окклюзии, височно-нижнечелюстного сустава и жевательных мышц. Ключевым фактором стоматологического лечения является гармонизация окклюзионных взаимоотношений — окклюзионная реабилитация. Главная характеристика естественного взаимоотношения бугорков и фиссур зубов-антагонистов — беспрепятственное движение из положения центральной окклюзии при пережевывании пищи с минимальными контактами определенных зубов или групп зубов.

Одним из факторов, обеспечивающих стабильную динамическую окклюзию и эффективное пережевывание пищи, является функция клыковой направляющей — клыковое ведение, или рабочий клыковой путь. Разобщение зубных рядов на клыках при боковых движениях нижней челюсти обеспечивает защиту твердых тканей зубов и пародонта от чрезмерных нагрузок при жевании, что необходимо создавать при изготовлении ортопедических конструкций или терапевтических реставрациях. Проприоцептивная чувствительность клыков контролирует работу жевательной мускулатуры, нормализуя и синхронизируя их работу [1, 3, 4].

Цель исследования: изучить влияние клыков на жевательную эффективность зубочелюстной системы.

Материалы и методы исследования

Были применены основные методы исследования: опрос, осмотр, пальпация — и дополнительные: жевательные пробы по Рубинову в модификации, исследование диагностических моделей в артикуляторе Protar (KAVO), поверхностная электромиография с применением портативного электромиографа FREELY фирмы De G?tzen, T-scan-исследование. Результаты оценивали до лечения, после лечения и через 4 месяца после лечения [2].

Пациентка Н., 21 года, обратилась с жалобами на затрудненное пережевывание пищи, умеренные боли в области височно-нижнечелюстного сустава и в жевательной мышце слева, отмечала приоритетную правую сторону жевания. В полости рта имеются фасетки стирания на клыках и резцах. Пальпация жевательных мышц слева умеренно болезненна.

Жевательная проба по Рубинову в модификации заключалась в том, что пациентке предлагалось пережевывать миндальные ядра и два вида мармеладных конфет разной плотности поочередно на правой и левой стороне до рефлекса сглатывания, затем проводилась оценка времени пережевывания и степени измельчения образцов пищи для исследования. Сравнительный анализ пережевывания образцов пищи на правой и левой стороне показал, что пережевывание на привычной (правой) стороне жевания более тщательное и происходит быстрее, чем на левой стороне.

Разница пережевывания по времени составила: орехи — 7 %, мармелад 1 (мягкий) — 5 %, мармелад 2 (плотный) — 3 %. Причем пациентка отмечала болезненное пережевывание на левой стороне, что и объясняет увеличение времени пережевывания до рефлекса сглатывания, а также неудобство жевания на левой стороне (рис. 4).

По данным электромиографического обследования височных, собственно жевательных и грудинно-ключично-сосцевидных мышц, имеет место дискоординация работы мышц челюстно-лицевой области справа и слева, вовлечение в акт жевания мышц шеи на 115 %, при норме до 20 % (рис. 1).

При исследовании диагностических моделей в положении центральной окклюзии с использованием артикулятора отмечались множественные фиссурно-бугорковые контакты зубов-антагонистов. При исследовании левой латеротрузии определяется отсутствие клыкового ведения и суперконтакт на правой (балансирующей) стороне (на внутреннем скате щечного бугра последнего моляра на нижней челюсти) (рис. 2).

Рис. 2. Исследование диагностических моделей с использованием артикулятора.

При правой латеротрузии определяется отсутствие клыкового ведения и отмечается групповое ведение на зубах 1.4, 1.5, 1.6 рабочей стороны.

При T-scan-исследовании обнаружились плоскостные контакты в области жевательной группы зубов с преобладанием окклюзии на зубах 1.7 и 2.7, наличие суперконтактов в области зубов 1.7, 1.8, 2.7, 2.6, 2.4 и максимальным значением силы сжатия зубных рядов 87,2 % за 8,047 с (секунд). Причем максимальное значение силы в 82,8 % от общего усилия достигается за 1,769 с, а в следующие 6,278 с сила сжатия падает до 10,5 % от общего усилия, что соответствует болевым ощущениям пациента при сжатии зубов и, как следствие, невозможности получить относительно длительное смыкание зубных рядов в центральной окклюзии (рис. 3).

Рис. 3. Протокол T-scan-исследования окклюзии до лечения.

Рис. 4. Диаграмма, характеризующая время пережевывания образцов пищи (проба по Рубинову в модификации) до лечения и спустя 4 месяца после лечения.

После обследования и профессиональной гигиены полости рта было выполнено восстановление анатомической формы клыков верхней челюсти с применением композита светового отверждения для создания мгновенного размыкания зубных рядов на рабочей и балансирующей сторонах при латеротрузиях (рис. 5). План лечения включал в себя миогимнастику, прием седативных препаратов.

Результаты и обсуждение

При опросе отмечалась положительная динамика — уменьшились боли в области височно-нижнечелюстного сустава и жевательных мышц. При повторном проведении жевательных проб, результаты которых отображены графически на диаграмме, время пережевывания сократилось в среднем на 25,8 % (миндаль), 29,7 % (мармелад 1) и 12,5 % (мармелад 2), что является хорошим явным признаком увеличения эффективности работы зубочелюстной системы. Разница между правой и левой стороной в среднем составила 2 % (рис. 5).

Рис. 5а. Смыкание зубных рядов: правая латеротрузия до лечения.

Рис. 5б. Смыкание зубных рядов: правая латеротрузия после лечения.

Рис. 5в. Смыкание зубных рядов: левая латеротрузия до лечения.

Рис. 5г. Левая латеротрузия после лечения.

T-scan-исследование показало отсутствие суперконтактов, восстановление нормальных окклюзионных контактов, площадь которых сократилась. Преобладание окклюзионных контактов локализовалось в области шестых зубов справа и слева с относительно небольшой разницей в 2 %, несмотря на небольшое преобладание площади окклюзии левой стороны над правой. Максимальное значение силы составило 99,0 % и длительности усилия — 9,987 с, что больше и лучше показателей до восстановления анатомической формы клыков на 11,8 % максимальной силы и 1,18 с длительности этого усилия. Причем максимальное усилие 98,1 % достигается за 0,76 с (более чем в два раза быстрее, чем до лечения), а в следующие 9,227 усилие сжатия зубных рядов сохраняется на уровне 76,7 %, что лучше показателей до лечения на 66,2 %.

По данным поверхностной электромиографии, на диаграммах отчетливо отображается симметричность работы правой и левой жевательных мышц и нормализация общего электрического потенциала. Восстановление клыковой направляющей позволило уменьшить процент вовлечения мышц шеи (m. sternoclaidomastoideus) в акт жевания, что привело к увеличению потенциала височной мышцы, как компенсаторной реакции. Электрический потенциал мышц шеи до лечения составил 43-44 ?V*sec, а через 4 месяца — 14—15 ?V*sec, то есть сократился почти в 3 раза. Общий электрический потенциал мышц увеличился на 882 ?V*sec.

Через 4 месяца пациентка жалоб не предъявляла и была довольна эффективностью работы своей зубочелюстной системы.

Выводы

По данным проведенного нами исследования можно отметить влияние окклюзии на работу всей зубочелюстной системы в целом.

В процессе пережевывания пищи зубы пространственно перемещаются в пределах физиологической подвижности. При нагрузке раздражаются механорецепторы периодонта, информация передается в центральную нервную систему (ЦНС). Далее ЦНС посредством эфферентных нервных импульсов управляет и координирует работу мышц, осуществляя жевательную функцию в нужном месте (локализация пищи) с адекватным приложением силы (консистенция пищи). В целом этот процесс можно обозначить как слаженный контрольный механизм с обратной связью, который формируется и адаптируется по мере жизни человека. В сбалансированной жевательной системе окклюзионные поверхности, функция височно-нижнечелюстного сустава и нейромышечные процессы гармонизированы. Повышенное стирание клыков привело к нарушению динамических контактов на рабочей (латеротрузионной) стороне и появлению суперконтактов на балансирующей стороне, что, в свою очередь, увеличило время пережевывания пищи и способствовало возникновению болевых ощущений в височно-нижнечелюстном суставе, в области жевательных мышц, а также дискоординации их работы и уменьшению общего электропотенциала мышц. Восстановление анатомической формы клыка, а соответственно, ведущей его функции (мгновенное размыкание окклюзии при боковом смещении) нормализует жевательную эффективность зубочелюстной системы, которая предполагает равномерное распределение окклюзионной нагрузки, синхронизацию работы жевательной мускулатуры с одновременным уменьшением активности мышц шеи в акте пережевывания пищи, уменьшение времени обработки пищевого комка, тем самым обеспечивая комфорт в челюстно-лицевой области при минимальном вмешательстве.

ЛИТЕРАТУРА

1. Гоман, М. В. Оценка функциональной эффективности ортопедического лечения пациентов с односторонними дистально неограниченными дефектами зубного ряда (по данным поверхностной электромиографии). М. В. Гоман, И. А. Заборовец // Кубанский научный медицинский вестник. — 2010. — № 3 (117). — С. 49—53.
2. Лебеденко, И. Ю. Клинические методы диагностики функциональных нарушений зубочелюстной системы / И. Ю. Лебеденко, С. Д. Арутюнов, М. М. Антоник, А. А. Ступников. — М.: МЕДпресс-информ, 2006. — 112 с.
3. Окклюзия и клиническая практика / Под ред. И. Клинберга, Р. Джагера; пер. с англ.; под общ. ред. М. М. Антоника. — М.: МЕДпресс-информ, 2006. — 200с.
4. Хватова, В. А. Клиническая гнатология. — М.: ОАО «Изд. «Медицина», 2005. — 296 с.
5. Slavicek, R. The Masticatory Organ: Functions and Dysfunction / R. Slavicek. — Klosterneuburg: Gamma Med. — wiss. Fortbildungs — AC, 2002. — 348 р.